Для начала необходимо понять, для чего нужен Технический регламент? Покажу на примере.
Начало зимы. В автосервис официального дилера приезжает далеко не бедный гражданин на шикарном автомобиле, с жалобой на неработающую печку. Из документов и опроса можно было сделать вывод, что из экономии товарищ приобрел автомобиль у фирмы-однодневки, которая приказала долго жить.
Подробный осмотр автомобиля вызвал взрыв хохота. На диво дивное сбежались посмотреть все свободные сотрудники автосалона. На автомобиле были установлены два сверхмощных кондиционера и ни одной печки. Расследование показало, что автомобиль произведен для стран Аравийского полуострова и для эксплуатации в северных широтах не предназначен.
И первая задача Технического регламента – это поставить заслон продаже автомобилей, не предназначенных для эксплуатации на территории Белоруссии, Казахстана и России, чтобы подобных историй не было. Прочувствуйте. В приведенном примере автомобиль официально выпущен заводом, но ездить на нем по территории России нельзя. Более того, если такой автомобиль и был когда-то зарегистрирован в ГИБДД, то регистрация будет аннулирована: эксплуатация на дорогах РФ автомобилей без отопителя запрещена.
Отсюда первый вывод. Информация завода-изготовителя о комплектации той или иной партии автомобилей не является исчерпывающей. Мало ли, для какой страны собран автомобиль? Извольте получить «одобрение типа транспортного средства», чтобы у собственников автомобиля не было проблем с его эксплуатацией.
Государство контролирует техническое состояние автомобилей двумя путями. Путь первый – контроль в момент регистрации и далее периодические технические осмотры. Путь второй – контроль при надзоре за безопасностью дорожного движения. И здесь требования регламента переплетаются с требованиями закона «О полиции»: данный контроль осуществляется в строго определенном в порядке, прописанном в законе.
Порядок осуществления контроля при регистрации и технических осмотрах подробно описан, а при осуществлении надзора за дорожным движением – нет.
Начнем с того, что инспектор может обнаружить внесение изменений в конструкцию визуально: подрезанные пружины, набалдашник на выхлопную трубу, лебедка, штуцер ГБО, декоративная накладка радиатора и фар и т.д. Инспектор может остановить автомобиль и убедиться, что данные изменения зафиксированы в регистрационных документах (хотя имеется нюанс – см.ниже).
Если визуально обнаружить неисправности инспектор не может, то проводить какие-либо проверки он имеет право только, если соответствующим приказом объявлены спецмероприятия.
Что может сделать инспектор дальше?
В КоАП нет нормы «подозрение в правонарушении». Правонарушение либо есть, либо его нет. Если есть лишь подозрение, то в КоАП на такие случаи прописаны специальные меры обеспечения. Например, подозрение в опьянении. Если признаки опьянения есть, то инспектор имеет право отстранить в присутствии понятых водителя от управления транспортным средством и провести освидетельствование. Для правонарушений, связанных с проверкой технического состояния автомобиля, подобных мер обеспечения в КоАП нет.
Более того, в решении ВС от 27.03.2012 № АКПИ12-245 говорится, что осмотр с целью выявления неисправностей запрещен, и соответствующее основание для осмотра из Административного регламента ГИБДД убрано. Увидел инспектор неисправности издалека – может действовать, а залазить внутрь для обнаружения неисправностей – нельзя. Вообще, за каждым чихом в Административных регламентах сейчас начали следить тщательно. И если нет соответствующих мер обеспечения в КоАП, каких либо ссылок в законе «О полиции», или в законе «О БДД», то в Административном регламенте они не появятся.
Если бы основания были, то их бы давно просчитали сотрудники центрального аппарата ГИБДД, и они появились бы в Административном регламенте. Вообще, опасно считать себя умнее начальства. Чревато.
Например, инспектор не имеет права направить автомобиль на станцию технического осмотра или потребовать предоставить автомобиль на осмотр через 10 дней в свое подразделение. Кроме того, ни в одном законе не урегулирован вопрос об обязанности водителя предоставлять автомобиль для проверки и участвовать в процедуре проверки. При нынешнем положении вещей подразумевается, что инспектор лишь предлагает пройти проверку, а водитель без всякого принуждения откликается на предложение. Если речь инспектора окрашена приказным тоном, никогда не стесняйтесь уточнить: он приказывает или просит?
Открою тайну. Существует проект Административного регламента (приказа) МВД России «Об утверждении Административного регламента Министерства внутренних дел Российской Федерации исполнения государственной функции по осуществлению федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения в части соблюдения требований законодательства Российской Федерации, правил, стандартов, технических норм и иных требований нормативных документов в области обеспечения безопасности дорожного движения к конструкции и техническому состоянию находящихся в эксплуатации транспортных средств и предметов их дополнительного оборудования, изменению их конструкции и перевозкам пассажиров и грузов» (подготовлен МВД России 02.03.2015). Ознакомиться с проектом можно в системе «Гарант». Догадайтесь с трех раз, почему регламент до сих пор не принят? Ответ будет в конце статьи.
Наконец, добрались до главного на сегодня вопроса: представления доказательств правонарушения «внесение изменений в конструкцию транспортного средства».
Во-первых, инспектор должен быть специалистом в данной области. Автомобили с завода могут быть выпущены небольшой партией, и на данную партию вполне может быть получено отдельное «одобрение типа транспортного средства». Из видеозаписей споров инспекторов с водителями становится понятным, что источником знаний как для тех, так и для других становится информация из Интернета или журналов.
Во-вторых, не имея четких доказательств внесения изменений в конструкцию, инспекторы выносят постановление с комментарием: не согласны – обжалуйте. То есть водителям предлагается найти доказательства своей невиновности и представить их при обжаловании. Подобная схема срабатывает, если инспектор фиксирует нарушение ПДД: в полном соответствии с КоАП он является главным свидетелем и на основании своих же показаний выносит постановление, заодно являясь судьей, прокурором и секретарем – все в соответствии с законом.
А вот в случае внесения изменений в конструкцию подобный номер не проходит. Инспектор просто пишет нарушение п.7.18 «Основных положений по допуску», не представляя никаких доказательств. Если прочитать пункт буквально, то там написано: «В конструкцию транспортного средства внесены изменения без разрешения ГИБДД МВД РФ или иных органов, определяемых Правительством РФ».
То есть достаточно при обжаловании указать, что в деле нет доказательств, что разрешение со стороны ГИБДД МВД РФ или иных органов, определяемых Правительством РФ, не выдавалось, и далее сослаться на презумпцию невиновности.
Напоминаю, что получение разрешения – это лишь второй шаг на пути оформления внесения изменений в конструкцию, о чем говорилось в предыдущей статье.
Можно сослаться и на «Методические рекомендации по организации проверки выполнения требований к находящимся в эксплуатации транспортным средствам в случае внесения изменений в их конструкцию», согласно которым водителю выдается «Свидетельство о внесении изменений в конструкцию» по форме, указанном в Приложении № 5 к «Правилам заполнения бланков одобрения типа транспортного средства, одобрения типа шасси, уведомления об отмене документа, удостоверяющего соответствие техническому регламенту, свидетельства о безопасности конструкции транспортного средства и свидетельства о соответствии транспортного средства с внесенными в его конструкцию изменениями требованиям безопасности». Данное свидетельство водитель возить с собой не обязан. А справки об отсутствии в «Реестре выданных свидетельств о соответствии транспортного средства с внесенными в его конструкцию изменениями требованиям безопасности» сведений о вашем автомобиле в деле нет.
Я специально привел полные названия документов, чтобы вы прочувствовали, что только для их перечисления в мотивированном решении по делу о привлечении водителя к ответственности за внесение изменений в конструкцию понадобится не одна страница. Нет мотивированного решения – не наказания.
Исходя из все той же презумпции невиновности, при обжаловании следует указать, что в деле нет ни одного документа, на основании которого инспектор сделал свои выводы. Ходатайством следует пригласить инспектора на обжалование и попросить представить официальные документы. Очень будет интересно посмотреть, как инспектор вместо официального ответа будет ссылаться на сайт в Интернете.
Хотя существуют каталоги и электронные базы, данные из которых могут служить доказательством. Но как инспектор за доли секунд после того, как он увидел автомобиль, успевает найти нужный каталог на данную марку автомобиля, нужную комплектацию, убедиться, что в данной комплектации, например, кенгурятник не предусмотрен, а заодно проверить выдавалось или нет «Одобрение типа» на данную комплектацию, для меня остается загадкой.
Вместо всего вышеперечисленного при встрече с инспектором водители предпочитают с пеной у рта доказывать, например, что с кенгурятником и лебедкой они отъездили с десяток лет, и никто до них не докапывался. Де факто – это признание вины. Если человек не знает, что чистосердечное раскаяние – это прямой путь в тюрьму, то и поделом. Не хотите читать законы, и не надо. Инспекторы ГАИ – только за!
В заключении, как и обещал, даю ответ на вопрос, почему вышеуказанный регламент не принят. В нем много спорных моментов, и при проведении экспертиз, а затем при регистрации в Министерстве юстиции могут возникнуть серьезные проблемы, о которых тут же раструбят СМИ. Потому начальники ГАИ решили спровоцировать рассмотрение дел в судах, чтобы наработать судебную практику. Тогда и был разослан циркуляр об усилении противодействия внесению изменений в конструкцию. Но данные действия противоречат Конституции РФ, о чем много раз уже говорил.
Оригинал материала: http://autochel.ru/text/column/180754772643840.html
